В России экономические конфликты между компаниями зачастую приводят к уголовным преследованиям. Преднамеренное и фиктивное банкротство, предусмотренные статьями 196 и 197 УК РФ, вызывают особый интерес у предпринимателей, оказавшихся в сложной финансовой ситуации. Они хотят знать, какие обстоятельства могут привести к возбуждению дела по этим составам.

По словам адвоката Олега Дорджиева, уголовное преследование не всегда является неизбежным следствием: «Фиктивное банкротство определяется как заведомо ложное заявление о несостоятельности организации или индивидуального предпринимателя. Преднамеренное банкротство подразумевает сознательные действия руководства, приведшие к невозможности погашения долгов перед кредиторами. Оба сценария требуют установления прямой причинно-следственной связи между действиями руководства и возникшей неплатежеспособностью. Сам по себе факт наличия долгов или проигранных арбитражных разбирательств не образует состава преступления».

Для инициирования уголовного дела следственные органы нуждаются в конкретных доказательствах: умышленном выводе активов, сокрытии имущества, заключении фиктивных сделок с целью обмана кредиторов, а также искажении бухгалтерской отчетности. Важно отметить, что дела, возбужденные по статьям 196 и 197 Уголовного кодекса Российской Федерации, классифицируются как тяжкие, предусматривая максимальное наказание до шести лет лишения свободы.

В реальной практике подобные дела возбуждаются сравнительно редко и, как правило, связаны с крупными суммами ущерба. Чаще всего экономические споры разрешаются в рамках арбитражных судов, где происходит взыскание долгов, пеней и судебных издержек. Уголовное преследование применяется только при наличии признаков вывода активов и сознательного уклонения от выполнения финансовых обязательств.

«Если должник продолжает функционировать, предпринимает шаги по погашению задолженности и поддерживает диалог с кредиторами, то вероятность возбуждения уголовного дела минимальна. Однако, если зафиксированы операции по выводу значительных денежных средств на фоне отказа исполнять вступившие в законную силу судебные решения, это может послужить основанием для начала уголовного преследования», — подчеркивает адвокат.

В качестве примера можно привести случай, произошедший в сентябре 2025 года в Санкт-Петербурге, где было возбуждено уголовное дело в отношении предпринимателя Дмитрия Славникова. Первоначально расследование велось по статьям 177 УК РФ («злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности») и 315 УК РФ («неисполнение судебного акта»). В дальнейшем следствие допустило возможность переквалификации на статью 196 УК РФ — «преднамеренное банкротство».

Данный случай наглядно демонстрирует, что хозяйственные споры могут трансформироваться в уголовные дела, если в ходе расследования выявляются признаки вывода активов или иные действия, препятствующие расчетам с кредиторами.

Возбуждение уголовных дел по фактам фиктивного или преднамеренного банкротства является исключительной мерой, применяемой в строго определенных случаях. Для представителей бизнес-сообщества первостепенное значение имеют прозрачность ведения предпринимательской деятельности и добросовестное выполнение своих обязательств. При соблюдении этих условий риск уголовного преследования сводится к минимуму.